Исторический форум: история России, всемирная история

ПЕРВЫЕ ГРАЖДАНСКИЕ ВОЙНЫ ГРЕКОВ

Учебник 3-го класса общеобразовательного Лицея:

Возникло острое противостояние между Димитрием Ипсиланти, братом Александра и его уполномоченным в мятежной Греции, и многими гетеристами, с одной стороны, и прокритами Пелопоннеса – с другой. Ипсиланти и окружавшие его гетеристы, а также военные этих мест, во-главе с Колокотронисом, оспаривали власть прокритов, и старались ограничить её, поддерживая опосредствованный выбор представителей избирательным корпусом «самых пользующихся доверием» каждой провинции. Прокриты, напротив, утверждали, что представители во власти должны были избираться непосредственно народом, поскольку они сами влияли на народ, и контролировали его. Ипсиланти, гетеристы и «военные» Пелопоннеса преследовали цель сконцентрировать власть в своих руках, тогда как прокриты старались любой ценой сохранить её, взывая к демократическому принципу избрания архонтов народным голосом. Первые были известны как «олигархисты», а вторые – как «демократы»! Конечно, эти термины не совпадали с соответствующими целями двух фракций.

 

 

https://ebooks.edu.g...i/index1_3.html

1. Первая война, 1823 - 1824 годы.

- Противоборствующие стороны – «демократы» (партии каравокиров Идры и румелиотов) против «олигархистов» (гетеристы и кочабаши Пелопоннеса)

 

Уже с первых месяцев Восстания 1821 года стала ясной бездна, разделявшая Гетеристов, представлявших из себя на самом деле демократическую политическую фракцию мятежной Греции, и кочабашей Мореи, которые со своим главным органом власти, Пелопоннесской Герусией, а также с местными димогеронтиями, представляли на самом деле олигархическую фракцию (Τάσος Βουρνάς (1997), Ιστορία της νεώτερης και σύγχρονης Ελλάδας, Αθήνα: Πατάκης, τόμ. Α΄, σελ. 98-99). Отказ последних принять предложения Димитрия Ипсиланти, уполномоченного в Морее и генерального эпитропа Высшей Власти, которыми он требовал от кочабашей полный контроль над военным и политическим руководством мятежной Греции, зарядил и без того напряжённую обстановку ещё более. На последовавшем Народном собрании в Эпидавре (с 20 декабря 1821 по 15 января 1822 года) политическое поражение гетеристов было подтверждено, поскольку они были полностью удалены от политической власти.

 

Решающее значение для развития вещей в Греции возымело Народное собрание Астроса в Кинурии (29 марта – 18 апреля 1823 года). На нём сформировались три политических фракции: гетеристов (состоявшая из демократов, главенствующими фигурами среди которых были Феодор Колокотронис и Димитрий Ипсиланти), кочабашей Мореи и, наконец, каравокиров (=хозяев кораблей) Идры, которые сотрудничали с румельотами. Две последние фракции имели абсолютное большинство на Народном собрании, имея в общей сложности 150 представителей. Решения Народного собрания были против партии демократов. Колокотронис утратил главнокомандование, а большинство политических постов, и при том самые важные из них, были заняты членами партии кочабашей и идрейцев. Теперь Гражданская война уже была на пороге.

 

- Клятва «демократической» партии

 

Осенью 1823 года в селении Силимна близ Триполи сконцентрировались Феодор и Панос Колокотронис, Ф. Негрис, Георгий Сисинис, Асимакис Фотилас, Одиссей Андруцос, Димитрий Плапутас, Никитарас Стамателопулос, Димитрий Ипсиланти, Г. Караманос, Муртзинос и др. Там было принято решение об общем сопротивлении Исполнительному Корпусу (то есть главному органу власти, Эктелестикону), и все они присягнули «перед иконой Христа», что будут неотступно бороться все вместе (Κωστής Παπαγιώργης (2001), Κανέλλος Δεληγιάννης, Αθήνα: Καστανιώτης, σελ. 206).

 

- Переход Ф. Колокотрони на сторону «олигархической» партии:

 

Несмотря на то, что будущее кочабашей выглядело неблагоприятным из-за большой популярности, которую имели их противники среди народных слоёв, Колокотронис совершенно неожиданно переходит в партию кочабашей, в обмен на назначение его сына Паноса начальником гарнизона в Навплионе, и назначение его самого на пост заместителя председателя Исполнительного Корпуса. Также в договоре было принято решение обручить его сына, КолИноса, с дочерью Канелоса Делиянниса, прокрита Гортинии. Это решение Колокотрониса перейти на сторону противника  разъярило его комрадов, и в особенности Димитрия Плапутаса (Douglas Dakin (1982), Η ενοποίηση της Ελλάδας 1770-1923, Αθήνα: Μορφωτικό Ίδρυμα Εθνικής Τράπεζας, σελ. 84).

 

Хотя и находившийся на посту заместителя председателя Исполнительного Корпуса Колокотронис оставался политически слабым, Александр Маврокордатос, как председатель Совешательного Корпуса (Булевтикона) сталкивался с ним. Колокотронис угрожал ему словами: «не садись на место председателя, потому что я приду и прогоню тебя лемонами, вместе с фраком, в котором ты пришёл» (Κωστής Παπαγιώργης (2001), Κανέλλος Δεληγιάννης, Αθήνα: Καστανιώτης, σελ. 216). После такого предупреждения Маврокордатос отбыл на остров Идру, где он мог спокойно планировать свои политические действия. Уход Маврокордато был сочтён политической победой Колокотрониса, который тогда ещё не мог понять, что будет дальше. Маврокордатос, имевший тесные связи с английским правительством, уже почти обеспечил обещание англичан о займе. Но и его ход, связанный с удалением на Идру, открыл его тесные связи с семейством Кундурьоти, которое с этого момента будет играть важную роль в гражданских раздорах (Τάσος Βουρνάς (1997), Ιστορία της νεώτερης και σύγχρονης Ελλάδας, Αθήνα: Πατάκης, τόμ. Α΄, σελ. 127).

 

- Противостояние Исполнительного и Совещательного Корпусов (Петробея Мавромихали и Александра Маврокордатоса)

 

Противостояние Эктелестикона (которым руководил Петробей Мавромихалис, имевший заместителем Колокотрониса) и Булевтикона, который имел во-главе себя Александра Маврокордатоса, усилилось осенью 1823 года (Διονύσιος Κόκκινος, «Η Ελληνική Επανάστασις» (6τομο), έκδοση «Μέλισσα», τ.4, κεφάλιο δωδέκατο, σελ. 294 - 337). Оба Корпуса в тот период времени находились на острове Саламин.

 

Эктелестикон обладал политической властью, которую он использовал через своих министров, эпархов и через свои административно-экономические службы. Но одновременно он обладал силой оружия (военной властью), поскольку ему оставалось верным большинство восставших войск пелопоннесских оплархигосов. Бастионами Эктелестикона были крепость Навплиона, которой контролировал в качестве командира гарнизона сын Колокотрониса, Панос, благодатная провинция Илия, которой управлял Сисинис, и которая превратилась в центр поставок для правительства. Роль Булевтикона казалась вторичной, из-за его зависимости от Эктелестикона. Однако этот последний подвергался сильной критике, которая доходила до публичного озвучивания обвинений как со стороны Булевтикона на его заседаниях, так и от владельцев кораблей с Идры – самого сильного на море из островов мятежной Греции, который к тому же примыкал к Булевтикону. Тенденции оспаривания власти Эктелестикона уже выражались в Ахайе со стороны Заимиса и в Илии, но и в Востице и в КалАврите, со стороны братьев Лондосов. Сверх того, секретные совещания, которые происходили, привели многих из тех, кто дотоле поддерживали Колокотрониса, перейти, открыто или втайне, на сторону противной фракции (то есть Булевтикона). Однако Булевтикон превознемогал Эктелестикон и на основании числа участвовавших в двух «партиях» личностей, поскольку против опытных политиков Булевтикона (Маврокордатос, Колеттис, Лазарь Кундурьотис, Заимис и др.) Эктелестикон мог выставить по сути лишь советника Колокотрониса, Андрея Метаксаса.

 

На полях сближения лорда Байрона, который уже прибыл в Кефаллению как посланник Лондонского филэллинского комитета, дабы посредствовать о заключении займа с английскими банкирами, две противоборствующие стороны усилили стремление к своей победе, и старались получить в свои руки право распоряжаться этими деньгами. Эктелестикон имел в виду закрепление своей позиции, а Булевтикон работал с тем, чтобы отменить эир положение, и заменить его новым Эктелестиконом, который бы он контролировал. В рамках своих стараний, Эктелестикон перенёс свою столицу с Саламина в ТриполицУ, призывая и Булевтикон сделать то же самое, дабы организовать правильнее необходимую деятельность греческой администрации в деле мобилизации людей, которые бы были отправлены для усиления осады Патр, а также для общей обороны Западной Греции, которой угрожало прибытие новых сильных турецких войск. Булевтикон, однако, настойчиво отказывался менять место своего пребывания, ссылаясь на необходимость организации военных операций (планировавшийся поход на Эвбею, усиление обороны Месолонги, координация движений по отправке комиссии в Англию для заключения договора о займе и др.). Более того, Булевтикон проголосовал за перенос места своего пребывания в Аргос, однако он продолжал оставаться на Саламине вплоть до начала октября 1823 года.

 

Чтобы Эктелестикон смог обеспечить необходимые средства для спонсирования двух своих походов, которые он планировал (к Месолонги по морю и по суше к Патрам), а также для проведения мобилизации, он обхявил о продаже национальных имений (без национальных земель) Пелопоннеса, призывая одновременно через министерство Экономики интересующихся купить её. 7 октября разразилась реакция Булевтикона, через его отказ заверить протокол о продаже, считая его незаконным согласно действующего устава (Органический закон). И на сей раз гениальным движением Колокотронис, понимая, что главной целью действий Булевтикона было нанесение удара по его личному авторитету, подал отставку со своего поста 15 октября, а двумя днями позже он заявил, что он бы продолжил борьбу уже не через своё военное звание (он был главнокомандующим), а «как простой патриот и солдат». ^[7]

 

- Война

 

Революция достигла критической точки. 10 ноября Булевтикон официально выступил из Саламина в Аргос, заручившись военной поддержкой. Неделю спустя, усугубляя ситуацию, он написал Эктелестикону письмо с просьбой явиться в Аргос, чтобы предъявить ему обвинение в злоупотреблении властью. Член Эктелестикона Андрей Метаксас (дружественный фракции Колокотрониса, которого Булевтикон сверг в результате переворота), а также министр финансов Хар. Перукас предстали перед комиссией из 9 человек с серьёзными обвинениями. Также предстать перед комиссией из 7 членов были призваны одиннадцать парастатов (то есть булевтов) Навплиона, которые примыкали к Эктелестикону, как «дезертировавшие».^[8] Реагируя на это, Эктелестикон решил, что все указанные выше действия и отправки на судилища были самовольными и недействительными из-за отсутствия кворума в Булевтиконе, поскольку лишь 1/3 его членовприсутствовало на его заседаниях и на соответствующих голосованиях, и поэтому он счёл их незаконными. 26 или 28 ноября из Навплиона в Аргос прибыли Панос Колокотронис, Никитарас, Хаджихристос и ЦОкрис, во-главе группы из примерно 200 вооружённых людей. Они прервали заседание Булевтикона, и потребовали от его членов достигнуть компромисса с Эктелестиконом,^[9] в противном случае они угрожали захватить власть силой своего оружия, и основать военное правительство («говерно милитарэ»^[10]). Военные, после резкой словесной перепалки и угроз (и даже ругательств), которые были направлены против политиков, захватили от имени Эктелестикона печати и протоколы заседаний, а 23 из 40 булевтов бежали в Краниди, прося защиты у идрейцев.^[11] 3 декабря 1823 года Булевтикон начал свою работу в Краниди, подбодренный Идрой.^[12] В противоположном лагере, реакция Эктелестикона выразилась длинным обращением Петро-бея Мавромихали, изданным 13 октября. Между тем в Краниди было принято решение сменить Эктелестикон, и поставить Мавромихалиса председателем Булевтикона, чтобы умиротворить его, а главное – чтобы разорвать его сотрудничество с Колокотронисом. Председательство нового Эктелестикона предложили Лазару Кундуриоти, однако тот сослался на причины здоровья и иные, на основании которых он не мог покинуть Идру, предложив взамен своего брата, Г. Кундуриоти. Однако Петробей и тогда отказался действовать совместно, после чего Булевтикон принял решение о его низложении и замене – не только его самого, но и вообще членов Эктелестикона, после того как на рассмотрение комиссии из 9 членов должны были быть направлены Мавромихалис и С. ХаралАмбис, с серьёзными обвинениями.^[13] До этого Булевтикон, хотя он и не имел необходимого кворума, изложил двух вышеуказанных лиц, заменив их Георгием Кундуриоти, Боцарисом, Андреем Лондосом, Иоанном Колеттисом и Андреем ЗаИми. Последний подал в отставку, и его пост занял Спилиотакис. Далее правительство в Краниди обхявило о выборах с целью заменить булевтов, которые отказались явиться в Краниди. Однако одновременно и правительство в Навплионе провозгласило выборы, по той же ровно причине.

 

Положение было драматическим, не только потому что существовали два полюча власти, но также и потому что бродили слухи о турецких войсках, которые готовились наступать на Пелопоннес. Правительство Навплиона было слабым сравнительно с правительством Краниди, поскольку оно утратило поддержку народных масс из-за их недоверия к личности Колокотрониса. Кроме того, против него были капетаны из Румели, которые вступили в союз с кочабашами Мореи и с каравокирами Идры.

17 января 1824 года правительство Навплиона обосновывается в Триполице. 2 марта того же года Андрей Миаулис начал осаду Навплиона от имени правительства Краниди, и 31 марта НотарАс, Лондос и Заимис прибыли к стенам Триполицы. В конечном счёте, после переговоров Колокотронис соглашается покинуть Триполицу, чтобы та была провозглашена свободным городом, и никто из противоборствующих сторон не имел права захватить её. Однако кочабаши нарушают соглашение, вызвав грев Колокотрониса, который отдаёт приказ своему сыну Паносу захватить Аргос, и одновременно снять осаду с Навплиона. Сам он, в свою очередь, начинает осаду Триполицы.

Папафлессас и Анагностарас вступили в противную фракцию, создав огромную проблему для Колокотрониса и в целом для членов Филики Этерии. При таковых исходных данных поражение фракции Колокотрониса было более чем несомненным. Таким образом, 7 июня, и несмотря на протесты идреотов, которые хотели полного поражения Колокотрониса и пребывавших с ним, кочабаши, и конкретно Лондос с Заимисом, после переговоров овладели Навплионом.^[14]

 

2. Вторая война, 1824 - 1825 годы:

 

- Противники – партия каравокиров Идры с румелиотами против кочабашей Пелопоннеса и всех мораитов

 

Во второй фазе греческой Гражданской войны первенствующую роль играла Идра. Идрейские каравокиры (=владельцы кораблей), и конкретно англофильское семейство Кундурьоти, которое сумело сконцентрировать бОльшую часть власти к себе. С другой стороны, их противниками были кочабаши Мореи и Ф. Колокотронис. Рот содействии Алаксандра Маврокордато как гаранта английского займа и румелиотов, превосходство идрейцев против их противников было неоспоримым.

 

Характерно, что с этого момента времени и далее как противники Кундуриотов характеризуются почти все мораиты (=пелопоннесцы), которые более не ограничиваются фракциями Колокотрониса и гетеристов. А напротив них как противники располагались идрейцы и румелиоты. Кочабаши, в особенности патрасские, опасаясь вероятных враждебных действий против них, начали организовываться лучше. Характерной была сдача Навплиона Лондосу и Заимису Колокотронисом. Этот конкретный компромисс был яснейшим нарушением приказа правительства Кундуриоти, и в то же время это был тактический ход. Однако в отличие от патрасских прухонтов (=первенствующих лиц; синоним: проэсты, прокриты, иногда условно синонимичные слова – димогеронты, кочабаши), семья Делиянниса, но и фракция Колокотрониса, как представляется вплоть до того момента игнорировали устремления идреотов.

Почти при всём этом шквале развития событий, прибавляется ещё одно лицо, роль которого стала решающей для хода Гражданской войны. Это был врач Иоанн Колеттис, по происхождению из села СирАко, близ Яннины – ему было суждено стать связующим звеном между идрейцами и румелиотами. Одним из первых его движений было свести к контакту ГУраса (будущего командира гарнизона Афин) и Караискакиса с идреотами, делая их своими важными союзниками.^[14]

 

- Английский займ избранному правительству и реакция мораитов:

 

20 июля 1824 года прибыли деньги займа от английского правительства. Таким образом правительство Кундуриотиса было усилено огромной денежной суммой, которую оно использовало в целях собственной выгоды, выборочно распределяя её среди примыкающих к нему.^[15] Следующим движением было проведение выборов булевтов и созыв нового Булевтикона 1 октября 1824 года. Булевтикон состоял главным образом из островитян, союзников Кундуриотисов и вообще идрейцев. Новый Булевтикон избрал председателем правительства Георгия Кундуриоти, а его членами – П. Боцариса, Ан. Спильотакиса, Иоанна Колеттиса и Асимакиса Фотиласа (впрочем, немного позже этот последний подал в отставку).

 

Ответ мораитов был непосредственным. Все они собрались в единую фракцию, на время забыв неприязнь, разделявшую их, отказались платить налоги, и дают указание Асимакису Фотиласу подать в отставку из правительства. Теперь уже столкновение между правительством Кундуриоти и мораитами стало фактом.^[15]

 

- Начало Гражданской войны как таковой

 

23 октября 1824 года отряд из 500 солдат под началом Папафлессы отбыл для наведения порядка в Аркадии, которая подняла мятеж против правительства. Однако войско Папафлессы было сразу прогнано Геннеосом Колокотронисом и Канеллосом Делияннисом. В конце 1824 года Колокотронис начал осаду города Триполица, Никитарас – города Нафплион, а Нотарас и Лондос осадили Акрокоринф. Между тем Лондос и Заимис сняли осаду с Патр, чтобы собрать свои войска в своих родных (в узком смысле) землях.

 

- «Преступления» победителей против проигравших в Гражданской войне

 

С этого момента и далее пишется одна из самых тёмных страниц Греческой Революции. Румелиоты, и в частности Макрияннис, Джавеллас, Караискакис, Гурас, Дракос и Каратасос получают приказ насадить порядок в восставшем против центральной власти Пелопоннесе. Согласно историкам, вдохновение этого плана целиком принадлежало Иоанну Колеттису.^[16]

Неожиданное событие предоставило серьёзное преимущество для достижения победы идрейцами. Гибель Пано Колокотрониса наполнила горем его отца, Феодора Колокотрониса, параллельно вызвав его безразличие к политическим событиям. Заимис с тысячью бойцов прибыл в ноябре к Триполице, где его ожидал клан Делияннеев и др. В Ахладокамбо прибыло 25 ноября 1824 года правительственное войско, но когда началось сражение, мораиты с удивлением заметили, что большинство их бойцов, главным образом румелиотские и сулиотские наёмники, отказывались сражаться. Причиной были значительные суммы, которые им пообещали шпионы правительства, если бы они ничего не делали. Поэтому кочабаши удалились и ушли в свои родные (в узком смысле) земли. Двумя днями ранее, 23 ноября 1824 года, румелиоты столкнулись с войсками Лондоса и Нотараса у Коринфа. Результатом этого было то, что эти последние, из-за дезертирства своих наёмников, потерпели поражение. Разграбление, совершённое в землях клана Нотарасов, в селе Трикала, близ Коринфа, было уникальным. Кроме того, Сотиракис Нотара был силой принуждён сделать общим наследником своего имущества Софианопулоса – соратника Гураса.^[17]

Затем последовал поход в Эгиалию, в котором приняли участие Искос, Караискакис, Боцарис, Дзавелас, Дракос, Валтинос и др. Мелетопулосы, Куманиоты, Петмезасы и Николопулос встали на их сторону, и поэтому они не затруднились пройти по Ахайе. Теперь уже последним препятствием была КерпинИ в Ахайе – родина Заимисов. Там засели Лондос и клан Заимисов, которым, однако, не удалось отбить нападавших из-за дезертирства Сардельянов – союзников наступавших сил румелиотов. Заимис и Лондос ушли в Элейскую область, а румелиоты ворвались в село керпини. Последовавшие сцены были ужасны. Там произошли дикие преступления (например изнасилования и мучительство), и все дома были разграблены. В истории осталась фраза одного из солдат, который кричал «Продаётся юбка девки из клана Заимисов!».^[18] После этого они обратились к региону клана Делияннисов, который бросили её прухонты. После того как и эта территория была разграблена, Гурас со своим войском обратили своё внимание на Элейскую область, и конкретно на Гастуни, земли клана Сисинисов. Последовавший грабёж был ужасающим, поскольку долина Гастуни была одной из самых богатых земель. Из огромной библиотеки Сисинисов (примерно 10000 томов) не сохранилось ничего, кроме нескольких редких книг, которые в итоге оказались у Софианопулоса.^[19]

Фотакос написал об этих событиях «достаточно было того, что они все были мораитами, и всех их раздели и презирали», а Спиридон Трик