. - Конечно, в подобной толне была бесконечная суета и движение, и неизбежны были отдельные частные беспорядки, но присутствие "хозяина", пунктуальность и собранность, которыми держали каждого на своем месте, привычка к подобной ситуации, в которой мы оказывались каждый день, и единение всех служб в одну большую семью великолепно заменяли то, чего нельзя было бы добиться никаким особым наведением порядка в подобном нагромождении. Инстинктивно мы группировались каждый вокруг своего начальника и, так или иначе, ночью оказывались под какой-нибудь деревенской крышей... Как в море у экипажа нет другого дома, кроме палубы корабля, так же и здесь: все, как единая корабельная команда, если это требовалось, были готовы по свистку боцмана... Будь то в городе или в деревне, мы были экипажем на палубе, и, когда в ночной тиши Император доходил до последнего слова в последнем послании, которое он диктовал, и из глубины кабинета раздавалась его команда "По коням!", все были в мгновение ока готовы. Свисток боцмана не бывал быстрее исполнен, чем этот приказ. "По коням! По коням!" -эти слова, точно электрический импульс, пробегали по всей массе людей, повторяясь на все голоса, вплоть до последнего штабного бивака, и едва Император, который первый вскакивал в седло, проезжал несколько шагов, как уже все были на своих местах в его свите».
    

    Бивак Наполеона на поле боя под Ваграмом в ночь с 5 на 6 июля 1809 г.
    
    Слова Фэна, описывающие порядок в этом огромном скопище генералов, офицеров, рядовых, лошадей, повозок, могли бы показаться слишком тенденциозными, если бы они не подтверждались многими источниками. Для нас, в частности, ценно свидетельство, исходящее от представителя армии противника, имевшего возможность наблюдать деятельность наполеоновского генерального штаба. Речь идет о русском офицере полковнике Левенштерне, который оказался в 1809 г. в Вене. В это время Россия и Франция находились не только в мире, но даже формально были союзниками, и поэтому Левенштерну представилась возможность побывать в качестве зрителя поблизости от генерального штаба Императорской армии на полях битвы под Эс-слингом и Ваграмом. Вот что он рассказывал: «Он (Наполеон) следовал шагом за наступательным движением армии. Канонада загрохотала по всей линии. День был солнечным, и зрелище битвы незабываемым. Наполеон был спокоен и молчалив. Со всех сторон подскакивали адъютанты с рапортами. Он слушал их и отсылал обратно, отдавая приказы невозмутимо и точно. Если нужно было отправить кого-нибудь с приказом, он никогда не назначал адъю­танта, этим занимался Дюрок, который делал это по заранее составленному списку... Все происходило без суеты и затруднений. Ложное рвение, которое так часто видишь в иных генеральных квартирах, отсюда было изгнано...»
    Свидетельство русского офицера подтверждается другим очевидцем, имевшим возможность сравнить генеральную квартиру Великой Армии с учреждениями подобного рода в других войсках, поляком Романом Солтыком, который в 1812 г. служил во французском штабе: «Позже, в течение моей жизни, я имел возможность наблюдать и других главнокомандующих и видел организацию других штабов, но нигде я не находил столько организованности, предусмотрительности и быстроты работы, как в штабе Наполеона...»
    Деятельность сложной и в то же время, как свидетельствуют приведенные документы, хорошо отлаженной машины генерального штаба французской армии была направлена к достижению многих целей, но прежде всего она служила надежной связи верховного командования со всеми частями и соединениями, быстрой и эффективной передаче приказов Императора. Можно с уверенностью сказать, что ни в одной европейской армии той эпохи непременное правило руководства войсками - единоначалие - не было выражено так ярко, как в армии Наполеона. От Императора исходили не только все общие приказы и все основные решения, он был поистине мозговым центром армии, где обрабатывалась вся важная информация, как о своих войсках, так и о противнике. На основе огромной массы сведений Наполеон уверенно принимал необходимое решение, которое тотчас же оформлялось в виде приказов, диктуемых им в своем личном кабинете. Очень часто, для того чтобы минуть, все лишние передаточные ступени между Императором и штабом, маршал Бертье сам лично записывал все распоряжения великого полководца, именно поэтому практически всегда - на марше, на биваке, во дворце, где располагалась Императорская ставка - начальник генерального штаба был поблизости от своего главнокомандующего. Днем и ночью Бертье, несмотря на огромную занятость, был готов явиться по первому требованию Императора. Усталость не смущала князя Невшательского, более того, в какой бы час ни позвал его Наполеон, в каких бы сложных походных условиях ни находился штаб, Бертье появлялся всегда вовремя, в мундире, безукоризненно застегнутом на все пуговицы, в начищенных сапогах со шпорами, со шляпой, которую он почтительно держал в руке.
    Полученные приказы тотчас обрабатывались в штабе и рассылались по назначению. Как уже отмечалось, ни слова в этих распоряжениях не менялось. Задача штаба состояла не в том, чтобы корректировать распоряжения полководца, а лишь в том, чтобы извлечь из приказа то, что относится к тому или иному лицу, и облечь этот приказ в необходимую форму (добавив вступление, форму вежливости в конце и т.п.). Наконец, штаб должен был дополнить эти основные распоряжения приказами, обращенными к различным вспомогательным службам, так или иначе задействованным в выполнении данного указания
[<<--Пред.] [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13] [14] [15] [16] [17] [18] [19] [20] [След.-->>]
Другие статьи на эту тему:
Тактика кавалерии
В нашем коротком очерке общей эволюции тактики с начала XVIII в. до Великой французской революции мы намеренно практически ничего не говорили о кавалерии. Ибо как бы ни были значимы конные войска на поле боя в этот период времени, они все же не определяли общий. ...
читать главу

Вооружение пехоты
С тех пор как в начале XVIII в. знаменитый французский инженер-фортификатор Вобан сделал простое, но гениальное изобретение — штыковую труб­ку, позволившую крепить штык к ружью, которое не теряло при этом возможность стрелять, а также усовершенствовал. ...
читать главу

Киевская Русь, статьи :
Дружина времён Киевской Руси
Дружина во времена Киевской Руси (IX-Xвек) представляла собой отряд наёмников. Славян и представителей финно-угорских племён в ней было немного. Большую часть дружины составляли выходцы из Скандинавии – варяги. Служба в ней оплачивалась не только златом-серебром,. ...
читать главу
Крещение Руси и её расцвет
При великом князе Владимире (978-1015 гг.) Киевская Русь окончательно приобретает черты  централизованного государства. В основных русских городах он посадил на княжение 12 своих сыновей, во всём ему подотчётных. Вечевые сходы теряют своё прежнее значение и. ...
читать главу