Назад| Оглавление| Вперёд

Тибет XIX в. был теократическим государством. Религии принадлежала монополия в сфере идеологии и культуры, она играла ведущую роль в политике, экономической и социальной сфере. Главной и основной функцией государства являлись защита и распространение религии, обеспечение потребностей монашества. Монашество, в свою очередь, направляло всю повседневную жизнь тибетского общества и каждого тибетца и было представлено на всех уровнях и во всех органах государственной власти.

Во главе государства всегда находился монах — Далай-лама или регент. Тибетская элита была представлена, прежде всего и главным образом, монашеством. Далай-лама, реинкарнация бодхи-саттвы Авалокитешвары, являлся абсолютным, никем и ничем не ограниченным в своей власти правителем Тибета.

Все монастыри секты Гэлугпа независимо от того, на какой территории они находились, подчинялись непосредственно Далай-ламе и часто являлись «дочерними» монастырями трех «великих лхасских монастырей» — Сэра, Дэпун и Ганден, куда и направляли своих монахов на обучение. Глав этих «дочерних» монастырей либо прямо назначал Далай-лама, либо осуществлялась процедура их реинкарнации, опять-таки при руководящей роли лхасских лам. Через эти монастыри Далай-лама и правительство Лхасы могли влиять и влияли на религиозную и политическую ситуацию в соответствующих районах. Все иные секты тибетского буддизма и все зависимые владетели, а также так называемые живые будды признавали высший авторитет Далай-ламы. Более того, к Далай-ламам обращались с просьбой вынести окончательное решение, например по вопросам права наследования власти в Ладаке и Бутане либо о внутренней администрации буддийской церкви в Сиккиме [Саrrascо, 1972, р. 79]. В промежутке между смертью Далай-ламы и обнаружением нового перерожденца, а также в течение всего времени несовершеннолетия Далай-ламы власть находилась в руках регента. Регента обычно назначали из числа лам-перерожденцев из четырех лхасских так называемых царских монастырей.

Почти весь XIX в. Далай-ламы не играли самостоятельной роли ни в управлении страной, ни в делах церкви — всем распоряжались регенты. За этот пост велась постоянная борьба, и имущество свергнутых регентов обычно конфиско